Читать старшим подросткам, юношам, девушкам и всем взрослым детям своих родителей! Пока тебе будет казаться (а тебе это только кажется), что «все управление ситуацией сосредоточено в руках мамы» — оно так и будет. Пока ты будешь видеть «источник проблемы» только в маме — ты ее не решишь и даже не возьмешься решать. Пока будешь уверен, что «положительный исход зависит от мамы» — исход будет только отрицательным.

Пойми: «источник проблемы» — и в тебе тоже, и сейчас уже в наибольшей степени именно в тебе. В твоей зависимости от мамы. В твоей затянувшейся инфантильности. В твоей нерешительности. В твоем неумении общаться с мамой так, как это нужно тебе. В твоем страхе вести корабль собственной жизни, строить свою судьбу.

Хотя характер и отношение к тебе мамы во многом определили и твой характер, исход твоей ситуации зависит сейчас — уже ТОЛЬКО ОТ ТЕБЯ. Мама — величина практически постоянная (хотя есть и тайный резерв возможных изменений, о нем дальше…), а ты пока еще переменная и развивающаяся. Мама — только участница предстоящих в твоей жизни событий. А управление ими ты можешь взять в собственные руки. Как взрослый человек. Как мужчина.

«Ни у кого из сверстников я этой проблемы не наблюдаю»…

Каждому, кто еще не бывал у соседей, кажется, что тараканы водятся только в его квартире. Хотя тебе видится, что у других все иначе, твой случай не единичен, а очень типичен, с великим множеством вариаций и степеней… Есть выбор решений.

От одного ты, подумав, уже отказался и 10 пачек снотворного сэкономил.

Просто сдаться тоже не хочешь.

Остается еще два:

1) удрать в свою жизнь — с концами, обрубить одним махом, сжечь мост, бросив мать на произвол ее старения и прихватив с собою неизлечимые муки совести;

2) отойти на дистанцию, отдалиться — нерезко, по возможности бережно, но вместе с тем твердо и целенаправленно, с сохранением дозированного, регулируемого ТОБОЮ общения, с возможной психологической балансировкой и совестью относительно спокойной (абсолютно спокойной она бывает только у законченных подлецов).

Очевидно, последний вариант, более-менее компромиссный, наиболее предпочтителен, ты именно к нему и склоняешься. Но он и самый трудный психологически, ибо давление с маминой стороны будет непрестанным и даже увеличивающимся, ты это предвидишь, и это тебя страшит. Так вот, пускай это тебя не страшит.

Как у всякого человека, у тебя наряду с тем, что именуется сыновним долгом (не в смысле, выплаты родителям пенсии, а в экзюперийском смысле ответственности за тех, кого приручили, матерей ведь мы приручаем с момента зачатия), есть священные обязанности перед собственной жизнью, перед ее осуществлением, перед исполнением Замысла о ней…

Именно для этого тебя родила и воспитывала твоя мама, понимая то или нет.

Родительский эгоизм, ограниченность, глупость, тупость, непрошибаемость, так же как и твои собственные аналогичные свойства, суть естественные препятствия к осуществлению жизни. Но это также и естественные побудители душевного роста.

Творческая задача: найти способ освободиться, осуществить себя — и в то же самое время по возможности успокоить и согреть маму. Она ведь на жизнь одна, мам не выбирают, и бросить даже плохую, никудышную мать, когда она теряет силы, тем паче разум — великий грех.

Нет, не бросать — но и не дать ей задушить своим эгоизмом твою жизнь, которая, хоть она и не понимает того, есть и ее жизнь в другой ипостаси, в другом измерении…

Найти то психологическое золотое сечение, которое две эти задачи уравновесит и соединит: поддержать стареющую мать и осуществить расцветающего себя.

Как тело человека почти на 90% состоит из воды, так душа взрослого почти на 90% состоит из ребенка.

Узнай: это не твоя Мама давит на тебя, стремится закабалить и удушить зависимостью и чувством вины, а Маленькая Девочка в ней, девяносто процентов отчаявшейся девчонки в телесной оболочке крикливой, агрессивной, авторитарной тети, Мамы-манипулямы…

Она боится, боится! Боится одиночества и пустоты. Боится того неизбежного и уже близкого уже периода жизни, когда «мне время тлеть, тебе цвести».

Ее панически страшит твое отдаление, потому что в подсознании оно у нее отождествляется и с потерей мужа, и с потерей отца… У нее сейчас сильнейший невроз, тревога, тоска, депрессия, кризисное состояние.

Ей действительно дико страшно и тоскливо оставаться одной, ей нечем себя заполнить, она видит перед собой черную дыру смерти… И она хватается за тебя с судорогой утопающего, тянущего на дно и спасателя, если у того нет грамотной хватки.

Вот главное: учись слушать и понимать в маме ее Внутреннюю Маленькую Девочку. Учись с этой девочкой обращаться и — да не покажется невозможным — немножко воспитывать. А поможет этому знаешь что?
Да, да! — Пристальное рассматривание, изучение детских маминых фотографий — ты эту Девочку через них реально увидишь и вживешься в нее, введешь в себя этот ее образ… Это она — эта вот малышка… эта девчушечка… эта милая отроковица… и эта совсем юная девушка, еще и ведать не ведающая о каком-то там Сашке, который уже Где-то Кем-то намечен в ней, задуман, замыслен… Это Она, настоящая, видишь?… Верь Ей!…

Никакой человек не исчерпывается своею сейчасностью, собой видимым-ощутимым, наличным. Все преходяще в нас, но все где-то и остается, все было-есть-будет, и где-то совсем поблизости прячется и несбывшееся…

Расспрашивай маму о ее детстве, дошкольном и школьном — пусть чаще и подробнее вспоминает, рассказывает… Как можно детальнее разузнай все возможное о биографиях и характерах бабушки и дедушки с ее стороны и даже прабабушки и прадедушки, об их отношениях с ней и между собой…

Начинай срочно осваивать роль Взрослого по отношению к маминому Внутреннему Ребенку. Своего же Внутреннего Ребенка посади в забронированную камеру и усыпи — Мама кричит, а Ребенок спит…

Осваивай внушительные манеры и покровительственные интонации Большого-Взрослого-Дяди-Который-Знает-Что-Прав. Говори с мамой-Девочкой, представляя себе, что ты ее перевоплощенный Отец. (Она его не узнает, конечно, но подсознательно, глубиною души почувствует что-то напоминающе-сокровенное…).

Будь уверен: в представлении себя перевоплощенным Отцом (или Матерью) собственной матери есть высокая истинность. Не для того ли разве и рождаются дети, чтобы воскрешать собой в новом качестве праотцов и праматерей?… Не для того ли цветет цветок, чтобы переливать в себя и последующие поколения тот бесконечный поток цветений, который дал ему жизнь?…

Сосредоточься и представь себе в лицах, картинно, подробно — как бы себя вел с этой Девочкой, которая стала когда-то твоей мамой, ее любящий, умный и дальновидный Папа, у которого есть свои разнообразные интересы, взрослый мужчина, в меру эгоистичный, в меру альтруистичный?…

Понимающий, что он ответствен за своего ребенка, но лишь в определенных пределах, далее которых ребенок уже отвечает за себя сам…

Ну во-первых, он звал бы девочку ее детским именем, да?… Вот и ты теперь чаще зови маму не мамой, даже не мамочкой, а ее уменьшительным детским именем. Кто она — Леночка или Сонечка, Галенька, Танюшка или Лизок?… Зови ее так — как бы невзначай… И все чаще — зови ласково, игриво-шутливо, зови строго-приказательно, зови всячески…

Вставляй в свои обращения к ней нежно-шутливые слова-определения, относящиеся к детскому существу, к детской основе психики: «моя маленькая», «моя детка», «моя малышка», «котенок»…

Это только поначалу покажется диким, вымученным и невозможным, а на самом деле — наилучший, естественнейший стиль обращения взрослеющих детей со стареющими родителями — прекрасные примеры этого я наблюдал в самых теплых, веселых, сердечных, дружно-счастливых семействах. Не бойся отклонений от ваших устоявшихся внутренних стереотипов, привыкай к легкой экстравагантности, не стесняйся, дерзай, скоро привыкнешь — и ты, и мама… И может статься, вы оба будете изумлены взаимными переменами…

Давая некоторые поблажки и снисходительно прощая агрессивные выходки, капризы и эгоизм, в то же время не позволяй Девочке-маме садиться себе на голову. Будь с нею мягко-тверд, нежно-строг и уверенно-властен, девочки это любят. Как можно больше добродушного подтрунивания и иронии. Почаще обнимай, гладь и целуй. Дари незапланированные маленькие подарки, сюрпризы.

А в то же время решительно, хотя и вежливо, пресекай диктаторство, тиранию, вмешательство в твою жизнь и неуместное любопытство. («Тебе это еще рановато знать, моя маленькая, вот немножко вырастешь и узнаешь» — иронически улыбаясь и гладя по головке…).

Твердо и спокойно раз навсегда (если нужно, и повторно, и многократно…) запрети без спроса вторгаться в твое личное пространство и время.

В твою комнату без твоего разрешения не входить. (Сделай задвижку, замок.) На службу или к друзьям не звонить. (Исключения по крайним надобностям, конечно, могут быть, но лучше самому делать свободные упреждающие звонки, см. ниже).

Истерики, нападения и скандалы принимай с рассеянной холодностью или сочувственной брезгливостью, пережидай или просто уходи, но не хлопай дверью…

Давай иногда «воспитательские втыки» и задания, требуй, например, чтобы она делала зарядку, ходила на регулярные прогулки или читала психологическую литературу. Поощряй ее эмоциональные успехи — уменьшение настырности, увеличение тактичности — внеплановыми сюрпризами общения. А обратные «успехи» придется, увы, слегка наказывать увеличением дистанции…
Самое трудное… Что делать, когда привычные к «управлению» руки в очередной раз натягивают манипуляторские удила, когда вонзаются шпоры обвинений, когда бьют на жалость, на совесть? Как реагировать на наезды?

Очень просто: как врач. Да-да, именно. Ведь не станет же врач, слушая бред больного, уверенного, что доктор — палач, и обзывающего его всеми словами, относить эту ахинею к себе. Нет, доктор справедливо отнесет эту околесицу к болезни больного, к его состоянию и останется сочувственно-спокойным, сострадательно-понимающим.

Выслушивай неправомерные требования матери, ее упреки и ругань врачебно-внимательно — как кардиограмму ее подсознания, как симптомы душевного состояния; но ни в коей степени НЕ ПРИНИМАЙ КАК ОЦЕНКИ ТВОЕЙ ЛИЧНОСТИ, хотя именно такую форму привычно имеют почти все обращения мамы к тебе. Отныне ты (конечно, не вдруг…) становишься по отношению к матери человеком оценочно независимым — это до чрезвычайности важно, ибо поможет тебе обрести должную степень оценочной независимости и с другими людьми.

Все, что в моих книгах «Приручение страха» и «Травматология любви» говорится об оценочной зависимости и способах освобождения от нее, целиком относимо к тебе и твоей ситуации с мамой. Сейчас ты пока еще оценочный раб своей матери, и ядро твоей личности, сердцевина души еще в инфантильной скорлупке, человеческое достоинство лишь в зачаточном, скрюченном состоянии…

Пора, наконец, подняться и распрямиться, уверенно и спокойно. Ты это можешь — уже дозрел.

При нажимах и наездах, при продолжающемся мамином «управлении» прежде всего осознавай это — и доводи, по возможности, свое осознание до ее сознания. Обозначай свою новую позицию без грубости, просто четко. Озвучивай, называй, доброжелательно-иронически (но не обвиняюще-разоблачительно!…) проговаривай чувства, которые в ней видишь. Вводи в разговор отзеркаливающую игру, вкрапливай гипноз ласково «опускающих» нежно-родительских обращений.

«Вот сейчас, моя хорошая, ты пытаешься мною командовать как малышом. Это трогательно, это забавно. Ну давай я сейчас лягу в колыбельку, а ты меня покачай. А хочешь — наоборот, я тебя? (С легким смехом.) Баю-баюшки-баю, баю мамоньку мою…

А сейчас ты меня очень по-детски, совсем по-девчачьи ревнуешь к моей подружке… И я тебя ревную знаешь как? — У-у-у! — Сейчас привяжу к столу… Сейчас бессознательно тревожишься за себя под видом меня, для девочки это вполне простительно…

…А сейчас ты, детка, пытаешься манипулировать своей возможной болезнью, играешь на моем чувстве вины — я тебя вполне понимаю и охотно прощаю, малыш, прощаю за то, что я перед тобой виноват, прощаю за то, что мне кушать хочется… А мой настоящий долг перед тобой, зайка моя, — не сидеть с тобой в четырех стенах, а жить своей собственной, свободной, неподотчетной, цветущей и полнокровной жизнью. Скоро ты убедишься, что моя свобода и счастье тебя радуют…

Моя маленькая, пойми же — долга любить родителей, детей или кого бы то ни было не существует и не может существовать. Любовь долговым обязательствам не подчиняется, убегает от них, умирает от них — ты же знаешь это сама… Но любовь дарится, нисходит как благодать, и вот тогда может действовать добровольно взятая на себя душевная ответственность любящих — с обеих сторон. При этом условии, родная моя, мы можем вполне общаться как любящие друг друга друзья…»

(В этом модельном монологе содержится девять пиков внушения, гипноакцентов, уже нашел?…)

Свои чувства к маме когда озвучивай, а когда нет — как настоящий Взрослый… Чувства эти были и будут противоречивыми — это естественно: внутри человека всему есть место… Но помни, что выражение чувства — всегда воздействие на другого, всегда внушение. Выражение добрых чувств — оживляющее облучение, солнечное питание души; а выражение отрицательных, негатива — удар, нацеленный как на душу, так и на тело.

Щади в маме ее Внутреннего Ребенка, жалей в ней глупенькую, беспомощную, невинную Девочку. Свою досаду, раздражение, отвращение, злость — конечно же, следует ради нее сдерживать и скрывать (это чувства твоего беспомощного Внутреннего Ребенка) — а нежность, сочувствие, жалость, понимание, ободрение, благодарность, любовь — выражать открыто и разнообразно. Девочка-Мама, как всякий ребенок, должна чувствовать, что любима безусловно и безоценочно, несмотря ни на что (взрослые дети, отчаявшиеся получить любовное подтверждение своему бытию, подменяют это единственно-подлинное подтверждение ложным — утверждением своей власти, зависимости от себя).

Повторяй разными способами и себе, и ей, что хорошо понимаешь, чего она боится, почему судорожно тревожится и пытается тобою манипулировать; почему и болеет чаще, чем могла бы — потому же, почему становится капризным и чаще болеет ребенок, которого приучают оставаться на целых бесконечных полдня в детском саду…

О неиспользуемом праве Восхода быть донором и почти неисполнимом долге Заката не быть вампиром

Твое решение поселиться отдельно и жить независимо — решение совершенно правильное и более чем своевременное (надо бы пораньше!… но еще не опоздал) — решение, которое следует осуществить безотлагательно, какого бы напряжения сил это поначалу ни требовало. Пусть это будет первым, но не последним взросло-мужским поступком в твоей жизни.

Отойдя в самостоятельное житье, остерегись поспешно вляпаться в новое рабство, в эмоционально-оценочную зависимость от тех, с кем будешь встречаться, кто понравится, в кого влюбишься.

Именно у таких ребят, как ты, повышена вероятность стать подкаблучником, попав в лапки стервозной женки, в сравнении с которой мамочка покажется ангелом.

Как минимум три года, а лучше пять-семь тебе стоит пожить свободно, по-молодежному, по-холостяцки, общаясь с разными ребятами и девушками, пробуя, испытывая, изучая разные способы жизни и общения, укрепляясь душевно, продвигаясь духовно, ища свое призвание, профессию, дело, входя в него — и только уже после этого можно, если дозреешь ты и обстоятельства, приступать к созданию своей семьи.

Живя отдельно, ты будешь помогать маме привыкать к новой форме ЕЕ самостоятельности: всем ведь когда-то приходится учиться жить в физическом одиночестве, и оно вовсе не обязательно есть одиночество душевное. Душой ты всегда будешь с мамой, но только освобожденной душой, окрепшей в свободе, — душой, способной любить и прощать — только свободная душа способна любить и прощать. А в критические моменты, конечно, постараешься быть рядом…

Восход молодости не должен быть приносим в жертву Закату старения (особенно если старение, как нередко случается, обретает черты эмоционально-энергетического вампиризма) — долга такого не существует, это не совместимый с жизнью абсурд.

Но Восход может дарить Закату свои силы и время, свою любовь — дарить от свободы, дарить от избытка, дарить от благодарности и от чувства единства жизненно-родовой основы — дарить как духовный вклад в самого себя на будущее не столь дальнее, как представляется… И такая осознанная, свободная благотворительность щедро вознаграждается благоприятствиями судьбы — такие примеры я знаю.

Принимай отношения с мамой как тренинг, как поток репетиций твоих грядущих (быстрее, чем думаешь…) взаимоотношений с будущей любимой, с женой, твоими детьми, тещей, друзьями, сослуживцами и партнерами, начальниками и подчиненными, государством, со всем миром людей…

Не беги, а освобождайся

Пока вы с мамой живете вместе, и потом, навещая ее, почаще подходи и разговаривай с ней ласково-взрослым тоном, когда она лежит на диване или в постели, сонная или просто усталая. Если даже этого незаметно, все же настойчиво-заботливо предлагай ей прилечь или полуприлечь, отдохнуть-расслабиться, и уж тогда говорить с тобой разговоры… В таком положении в человеке подсознательно просыпается Ребенок, и все, что говорится и делается сидящим или стоящим рядом, если только это окрашено духом уверенного благожелательства, тем паче любви, воспринимается как сильнодействующее внушение… (Аналогичное пожелание для родителей трудных детей всех возрастов.)

Говори с мамой неторопливо, размеренно, внятно, со свободными паузами, голосом как можно более уверенным и низким, завершая каждый период речи «октавной» басовой нотой. (Если ты музыкант, тебе легко понять, зачем и как это делать.)

О задержках где-либо предупреждай максимум через раз, не вдаваясь в объяснения. За редкими исключениями (сильно болеет…) не звони тогда, когда мама от тебя этого требует (это ведь исполнение роли по сценарию общения «Властно-тревожная Мама — Послушно-зависимый Сынок») и не давай обещаний звонить, вообще лучше не давай никаких обещаний…

Зато почаще звони сам, по собственной инициативе, неожиданно для нее, причем не отчитываясь, где ты и что делаешь или собираешься делать — даже намеренно не сообщая о самых простых вещах, а властно-ласково (в подтексте — отцовски) спрашивая ее о ней — поела ли, как спала, сделала ли то-то и то-то…

Не рассчитывай на скорые перемены, на то, что будешь, наконец, услышан, понят и отпущен, освобожден… С гарантией нет! — будет долгое и усиливающееся сопротивление. Важнее всего, чтобы ты услышал и освободил себя сам… И вот тогда-то однажды с изумлением заметишь потрясающий результат: твоя требовательная, неприступная, властная мама стала вдруг кроткой, доверчивой и послушной…Даже если всего на миг — ты победил!

Итак: не бежать, а отойти на управляемое расстояние: дистанцироваться. Не вырываться, оставаясь во внутренней зависимости — но освобождаться изнутри — сознанием, а после и подсознанием. Стать с мамой взрослым, стать умственно и душевно взрослее ее и помогать ей уже как по сути младшей.

Так, обрезав свою психологическую пуповину — детскую эмоциональную зависимость, — ты войдешь с мамой в новые отношения настоящей, свободной сыновней любви и душевной ответственности.

Знай, что этот обмен жизненно-психологическими ролями — естественное развитие: в некое время дети должны становиться душевно старше, умней, сильней, благороднее и мудрее родителей. И твои будущие дети — дай Бог, чтобы стали со временем духовно развитее тебя — тогда в них осуществится твой Смысл: будет передана восходящая духовная эстафета.

Дети воспитывают родителей — иначе не может вверх подниматься род человеческий… по В.Леви.

Предлагаем материалы по интересующей теме:

  1. Сын подросток хочет моего развода Встретелись мы сами два года назад и почти сразу начали жить вместе у меня ребенок...
  2. Если у женщины заниженная самооценка Заниженная самооценка у женщин...
  3. Как наладить взаимоотношение с дочерью Помогите найти правильное направление во взаимоотношениях с дочерью 13 лет....
  4. Упражнение «Рассказ моя жизнь сейчас» Данное упражнение замечательный метод обучиться постановкам целей, планов и задач на изменение жизни к лучшему....
  5. Что должны делать родители Большинство подростков утверждает: их самое большое желание -больше свободы распоряжаться своей собственной жизнью. Можно было...